fbpx

Имущество банкрота в качестве отступного забрал его участник. Но это не помогло, спустя несколько лет банкротство повторилось. Сделку оспорил управляющий. В тонкостях оспаривания таких сделок разобрался Верховный суд.

В 2010 году в суде началось дело о банкротстве кондитерской фабрики «Алладин». Спасти компанию смог Виталий Горбачев, ее участник. Он забрал фабрику себе, а за это погасил все долги по векселю 2008 года. После этого он погасил требования всех кредиторов. Производство по делу прекратили.

В 2014 году возбудили уже второе дело о банкротстве «Алладина», в рамках которого управляющий оспорил сделку о передаче имущества в порядке отступного (дело № А40-188168/2014). Сперва безуспешно: первая и апелляционная инстанции указали на отсутствие оснований для вывода о неплатежеспособности должника на момент совершения спорной сделки. По их мнению, имевшиеся тогда требования конкурсных кредиторов не подтверждают факта причинения вреда от спорной сделки, поскольку Горбачев все данные требования впоследствии удовлетворил. Суды также отклонили доводы о наличии на тот момент требований иных кредиторов.

Кассация решение пересмотрела: при передаче имущества в качестве отступного не получили согласия временного управляющего. Кроме того, суд округа нашел в реестре по второму банкротному делу требования кредиторов, которые не получили денег в 2010 году.

Горбачев подал жалобу в Верховный суд. В числе прочего он указал, что суд округа неправильно квалифицировал правовые последствия погашения ответчиком требований всех кредиторов в рамках первого дела о банкротстве. Также суд округа, по мнению заявителя, не учел, что соглашение об отступном уже оспаривалось в рамках первого дела и тогда производство по иску было прекращено. Кроме того, Горбачев уверен: суд округа вышел за пределы предоставленных ему полномочий, когда пришел к выводам о наличии кредиторов на момент совершения сделки.

Экономколлегия проверила эти доводы, но не согласилась с ними и не стала изменять решений по спору. Субъектный состав истцов в рамках настоящего дела и первого дела о банкротстве не совпадает, что свидетельствует об отсутствии признаков тождественности у заявленного требования. Кроме того, не имеет значения, обладал ли ответчик на момент заключения соглашения об отступном статусом участника должника, поскольку на дату заключения сделки в отношении должника уже была введена процедура наблюдения. Следовательно, любой участник, в том числе неаффилированный, должен был догадываться, что сделка по приобретению у должника основного актива может быть не лишена пороков недействительности, уверен ВС.

Кроме того, ВС назвал второе дело о банкротстве «фактически продолжением первого», а потому к сделке о передаче имущества в порядке отступного может быть применен период подозрительности, исчисляемый исходя из первого дела. «Поэтому, коль скоро сделка была совершена в рамках уже инициированной процедуры, предоставление отступного по договору может быть признано недействительным как совершенное с предпочтением», — заключил ВС в решении по делу.