fbpx

Компания обанкротилась, но на этом ее проблемы не закончились. Возникли трудности с назначением конкурсного управляющего, и организация осталась без управленца на год. За это время в интересах банкрота спорные сделки стал оспаривать ее предыдущий управляющий, который уже не имел соответствующих полномочий. Две инстанции признали такие действия законными, а вот Верховный суд усомнился в их обоснованности.

Долгое банкротство

Летом 2015 года Арбитражный суд города Москвы ввел в отношении ООО «ИнжГазСтрой» процедуру наблюдения и назначил временным управляющим этой организации Александра Ивонина (дело № А40-48876/2015). Но со своими обязанностями тот справлялся не слишком удачно. В декабре 2015 года АСГМ установил, что Ивонин провел первое собрание кредиторов с нарушениями, но тогда управляющего отстранять от работы не стали.

Весной 2016 года АСГМ признал «ИнжГазСтрой» банкротом, а исполняющим обязанности конкурсного управляющего организации назначил Ивонина. Тем же решением суд обязал его провести собрание кредиторов, на котором они выберут кандидатуру постоянного конкурсного управляющего. Но Ивонин этого так и не сделал, на что один из кредиторов должника – ООО «Инжиниринг Газ Систем» – пожаловался в суд. Летом 2016 года АСГМ постановил отстранить Ивонина, сославшись на перечисленные нарушения с его стороны во время банкротных процедур за год управления «ИнжГазСтроем». Новым управляющим банкрота суд назначил Игоря Козлова. Апелляция подтвердила обоснованность такого вывода.

Но Ивонина подобное развитие событий не устроило, и в конце 2016 года он добился отмены решения АСГМ в окружном суде. Первая кассация отметила, что нижестоящие инстанции не установили, имелись ли в работе отстраненного управляющего «неоднократные грубые умышленные нарушения, которые могли привести к нарушению прав и интересов кредиторов или должника». АС Московского округа отправил вопрос об отстранении управляющего на новое рассмотрение обратно в АСГМ. Этот затянувшийся спор привел к тому, что «ИнжГазСтрой» в период с 20 декабря 2016 года по 18 января 2018 года остался без конкурсного управляющего.

Иск без полномочий

Тем не менее в это время кредиторы все равно просили Козлова заниматься взысканием дебиторской задолженности банкрота, чтобы не пропустить сроки исковой давности по оспариванию спорных сделок должника. Одну из них Козлов и обжаловал в Гагаринском районном суде Москвы весной 2017 года. Заявитель попросил взыскать в интересах «ИнжГазСтроя» долг по договору процентного займа (прим. ред. – суммы вымараны из актов) с Дмитрия Иванова*. Первая инстанция, а затем и Московский городской суд удовлетворили требования истца (дело № 02-1833/2017).

Но Иванов оспорил их в Верховном суде, ссылаясь на то, что Козлов не имел полномочий инициировать подобное разбирательство. ВС подтвердил, что на момент предъявления иска Козлов не являлся конкурсным управляющим «ИнжГазСтроя». Соответственно, в этой ситуации суд должен был оставить такое заявление без рассмотрения, отметила судебная коллегия по гражданским делам ВС. Тройка судей ВС под председательством Вячеслава Горшкова отменила акты нижестоящих судов и постановила оставить без рассмотрения иск «ИнжГазСтроя», подписанный Козловым (дело № 5-КГ19-6).

Спорная исковая давность

В спорном случае бездействие АСГМ привело к тому, что должник в течение длительного времени не мог обратиться с иском о взыскании задолженности по договору займа. Такая ситуация повышает вероятность пропуска срока исковой давности. Но партнер настаивает, что этот срок не мог течь все то время, пока у общества отсутствовал конкурсный управляющий.Хотя срок давности не приостанавливался на период рассмотрения иска, который заведомо подлежал возвращению (Пленум ВС от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК об исковой давности»). Так что средства, потраченные сторонами на «холостое» разбирательство, вернуть уже не удастся. Нижестоящие инстанции изначально не смогли прийти к правильным выводам из-за того, что суды общей юрисдикции далеки от специфики банкротства: «И отдаляются от неё всё дальше по мере развития института».

Ущерб кредиторам и решение проблемы

В конечном счете от подобных ситуаций страдают кредиторы. Вместе с тем, их права нередко нарушаются и иначе. В частности, когда из компании перед началом процедуры несостоятельности выводят имущество. Подобная ситуация сложилась в деле № А40-177466/2013, где фирма за полтора года до банкротства продала свое нежилое помещение аффилированной структуре по цене почти на треть ниже рыночной. А большая часть оплаты за недвижимость еще и вернулась к покупателю под видом возврата займа. ВС признал такую сделку недействительной, сославшись на отсутствие документов, которые подтвердили бы реальность ранее сформировавшихся заемных отношений. Кроме того, у спорной сделки отсутствовала экономическая целесообразность, пришел к выводу ВС.В то же время, если речь идет просто про истечение полномочий управляющего, то это не означает, что тот лишается права действовать от имени юридического лица. Тем более если запись о его полномочиях внесена в ЕГРЮЛ, сведения которого обладают публичной достоверностью. Президиум ВАС отметил это в деле № 13633/12 от 17 октября 2012 года.

Если бы дело рассматривалось в экономколлегии, то суд разрешал бы в первую очередь вопрос, а что делать в таких ситуациях и как их не допускать. Ведь в рассматриваемом случае у должника отсутствовал орган, который был уполномочен собирать информацию и оспаривать сделки.

Для обсуждаемой ситуации требуется законодательное или судебное уточнение. В подобных случаях нужно обязать отстраненного управляющего провести собрание кредиторов, на котором и определят кандидатуру на замену.